Теория систем, теория поля и гештальт-психология

Прежде чем двигаться дальше, читатель должен увидеть взаимосвязь между теорией систем, теорией поля и гештальт-психологией. Понятия системы и поля пришли из физики. Концепция поля в физике разрабатывалась в XIX веке в работах Фарадея, Максвелла и Герца на примере электромагнитных полей. Вслед за ними уже в XX веке Эйнштейн создал революционную теорию относительности. Постепенно теория поля перестала принадлежать только физической науке, ее взяли на вооружение социологи, а затем и гештальт-психологи. Три немецких психолога положили начало гештальт-психологии3 – Курт Коффка4, Макс Вертхаймер5 и Вольфганг Кёлер6. Свои ранние работы они написали перед Первой мировой войной в Германии, а опубликовали уже в 30-е и 40-е годы в Англии. Они показали, что наше восприятие объекта зависит от общей конфигурации, в которую он помещен. Восприятие определяется не стойкими характеристиками отдельных компонентов, а скорее их взаимосвязью.

Курт Левин сотрудничал с Вертхаймером и Кёлером в Берлинском университете еще до Первой мировой войны. Левин создал психологическую теорию, основанную на идее поля, и многие считают его одним из самых новаторских и оригинальных ученых в современной психологии7. Именно Левин впервые ввел понятие психологических границ применительно к интрапсихическим процессам, взаимоотношениям людей с окружающей их средой и друг с другом. В своей первой концептуальной статье он описывает свои впечатления от сражения, в котором он принял участие, будучи солдатом8. Он также описал разные характеристики границ, включая твердость-мягкость и изменчивость-вязкость.

Годы между двумя войнами были чрезвычайно интеллектуально насыщенными. В это время появились работы немецкого биолога Людвига фон Берталанфи. Между 1929 и 1941 годами он написал ряд статей о теории систем в физике и биологии. В своем наиболее выдающемся (на наш взгляд) труде он заявляет, что “система бывает закрытой, если никакая информация не поступает в нее или не исходит от нее; открытой она может считаться, если существует экспорт и импорт и при этом происходит изменение компонентов”9. Мысли, которые высказывал фон Берталанфи о системах, схожи с теорией психологических полей Левина. Здесь мы также находим идеи границ и их роли в разделении организма и окружающей его среды. Природа границ определяет, например, различия между открытыми и закрытыми системами. Говоря языком Левина, закрытые системы имеют неподвижные, жесткие границы, в то время как у открытых систем границы более слабые и изменчивые. Фон Берталанфи говорил, что “живыми могут быть только открытые системы, поддерживая себя обменом информацией с окружающей средой, постоянно достраивая и разрушая свои компоненты”10. Социологи и психотерапевты распространили понятие открытых и закрытых систем на социальные институты, включая и семью. Возможно, фон Берталанфи не согласился бы с тем, что социальные системы всегда открыты, так как единственным способом выживания является их взаимодействие с окружающей средой. Однако терапевты все же использовали понятие закрытых систем, пропустив за относительно непроницаемые границы определенные социальные процессы.



Но вернемся к гештальт-психологам. Коффка и Кёлер выявили стойкие принципы работы восприятия. Они обнаружили следующее: когда мы смотрим на определенное скопление точек, мы компонуем их. Глядя на скопление точек ... мы не говорим, что видим три точки. Как правило, мы видим уже законченный гештальт – цельную фигуру, называемую треугольником. Человеческая культура создала образцы, существующие у нас в голове, и мы стремимся к их завершенному восприятию. Безусловно, это открытие можно считать одной из главных характеристик homo sapiens – двуногого животного, обладающего самой большой корой головного мозга, противопоставленными большими пальцами конечностей, речью и длительным внутриутробным периодом развития.

Итак, физическое поле стало полем человеческого опыта. Мы организуем мир внутри нас и стремимся соединить опыт в единое целое. Когда нам это удается, мы испытываем чувство завершенности, удовлетворенность или озарение. Когда ощущения трудно организовать и завершить, мы чувствуем дискомфорт и неудовлетворенность.

Лаура и Фриц Перлз встретились в Берлинском университете. Они оба находились под большим влиянием Левина, Кофки и Кёлера. Лаура и Фриц сумели связать гештальт-психологию с гештальт-терапией11. Так же, как Вертхаймер, Левин и Гольдштейн хотели распространить принципы восприятия на психологическое здоровье, выдвинув версию о том, что психологическое здоровье поддерживается постоянными переживаниями завершенности, тогда как “болезнь” характеризуется хронической незавершенностью. Понятие гештальта вышло из области восприятия и распространилось на психологический, эмоциональный и познавательный опыт на примере орально-пищевой модели. Если взрослый человек не смог нормально усвоить свой детский опыт, то есть “прожевать” и “проглотить” его, эти “непереваренные” переживания могут навсегда стать причиной его страданий. Это “нарушение” его поля мы называем “незавершенным действием”, или “эффектом Зейгарник”. Лаура и Фриц Перлз создали особую терапию незавершенных переживаний, которая, сделав их завершенными, дает человеку возможность испытывать чувство удовлетворения и жить дальше.



На индивидуальном уровне такая терапия позволяет перенести незавершенное или неясное событие в настоящее время с помощью ощущений, осознавания, энергии и воображения. Чувство завершенности венчает контакт с этими обстоятельствами или переживаниями прошлого и разрешает нам двигаться дальше к новому живому контакту. Как определили Перлз, Хефферлайн и Гудман:

“Контакт – это осознавание поля или двигательной реакции в поле. А потому может сообщить больше, чем простые реакции возбуждения и торможения. Давайте представим себе контакт, осознавание и двигательные реакции в более широком контексте, включив сюда аппетит и отказ, приближение и избегание, чувства, ощущения, манипуляции, оценки, коммуникации, борьбу и т.д. – все варианты жизненных связей, происходящих на границе взаимодействия организма со средой. Все такие контакты являются объектами изучения психологии”13.

Перлз рассуждал обо всем, что связано с процессом нашего развития и его задержками. Его волновало происходящее на границах контакта между людьми: контакт происходит именно на границе; на границе происходит рост; на границе происходит формирование фигуры внимания и ее разрушение, а также спонтанные реакции. Взаимоотношения на границе включают для Перлза контакт, организм, среду, новизну, возбуждение, собственное "я", сознание, чрезвычайные ситуации, невротические возможности, сопротивление и “человеческую природу”.

В норме организм легко переходит от состояния возбуждения потребности к состоянию удовлетворения потребности, от напряжения к расслаблению, от фигуры внимания к отстраненности. Психически здоровые люди постоянно находятся в активности и не испытывают состояние неподвижности. В патологических случаях и при неблагоприятных обстоятельствах люди прерывают свою активность, их поведение непоследовательно, подвижность скована, поведение и осознавание не согласованы друг с другом.

Цикл опыта начинается с неясных ощущений, затем мы осознаем свою потребность, ищем то, в чем нуждаемся, и, наконец, движемся к тому, чего хотим. Если на этом пути нет препятствий, наступает завершение. Тот же феномен существует в супружестве и семье: обнаруживаются взаимные потребности, а затем действия и контакт приводят к взаимному удовлетворению членов семьи. Интерперсональные циклы не имеют завершения или постоянно прерываются, супружеская пара или семья страдает14. Таким образом, открытие поля в физике стало применимым к восприятию человека, а затем было расширено до модели поля удовлетворения индивидуальных потребностей и, наконец, до феномена супружеской пары и семьи.

Моя философия интервенции в малую группу базируется на двух принципах – успешного завершения ситуации и работы системы. А теперь я опишу эти принципы подробнее.


7695674580477507.html
7695722083001683.html
    PR.RU™